Kulick.Magazine, Рикардо Марин, ТЮЗ, Мастерская

Рикардо Марин: «Я живу в Петербурге, и мне хочется творить для людей, которые меня окружают»

22 декабря петербургский режиссер, актер и музыкант Рикардо Марин выпускает спектакль «Гофман. Видения». О мистической премьере, кидает ли мексиканец Рикардо соль через левое плечо и что думает о выходных — читайте в нашем интервью.


Свободный автор: Марина Дё
Фотограф: Александр Любомирский


Интервью у Рикардо Марина

Вы в Петербурге уже 10 лет, скоро пойдет 11 год! Это долгий срок. Насколько изменилась Ваша жизнь с момента переезда в Петербург?

Моя жизнь полностью поменялась. Словно небо и земля. Я приехал без профессии, без понимания этой страны в целом, плохо знал язык. У меня не было друзей и знакомых. Сейчас совсем другая ситуация. Спустя 10 лет я получил профессию. Теперь у меня много друзей, знакомых, есть личная жизнь помимо профессии. Я укоренился здесь.

Не жалеете о выборе ?

Нисколько. Каждые несколько месяцев я получаю очередное доказательство того, что принял верное решение. Я учился у замечательного мастера Григория Михайловича Козлова. У него на курсе я поставил спектакль «Фандо и Лис», который взял гран-при в Братиславе, Словакии. Наш курс стал театром, что само по себе случается довольно редко.  И все это в итоге привело к тому, что через неделю я в ТЮЗе на большой сцене выпускаю спектакль, о котором мы сейчас поговорим.рик и мар

Сам город влияет ли на Ваше творчество, вдохновляет на новые свершения?

Безусловно. Во-первых, город многослоен – здесь своя особая история, архитектура. В центре доминирует классицизм, чуть дальше стоят советские хрущевки, а на окраинах — новые дома. Это как три города в одном, как три кольца ствола дерева. Интересно, что в Петербурге более ощутимы границы этих архитектурных районов, чем в других российских городах, в которых я бывал. За это время я успел пожить на разных станциях метро и каждый раз, будто оказывался в новом городе. Конечно, не только архитектура влияет, но так же и истории людей, которые здесь жили. Например, читая Достоевского, представляешь, что вот по этим улицам ходил Раскольников. Это очень вдохновляет.

Чувствуется разница менталитетов? Кажутся ли люди другими, чем дома, на родине?

Конечно, есть различия, но это прекрасно. Приятно сознавать, что все мы люди. Неважно, русский ты или мексиканец, всегда можно найти общий язык. Все нюансы воспитания, традиции очень любопытны. Какие-то я неосознанно перенял. Сейчас ловлю себя на том, что когда я думаю о чем-то плохом, я говорю «тьфу-тьфу- тьфу». Раньше этого никогда не делал. В театре все суеверны, я это понял, еще когда учился. Приходится какие-то вещи учитывать, но адаптироваться было не так трудно.

Вы стали более суеверны с переездом в Россию?

Я бы не сказал, что в это очень верю. Я понимаю, что само действие ничего не значит, имеет значение, скорее, отношение к нему. Плевать через плечо — это как волевой акт. Я не хочу, например, об этом думать, поэтому я таким образом сбрасываю негативные мысли. Как способ перехода мысленного-энергетического.рик 2

Возникали идеи поставить спектакль на родном языке?

Естественно, но если делать постановку, в которой присутствует словесная драматургия, важно, чтобы зритель понимал о чем идет речь. При постановке надо учитывать зрителя. Это не опера, где можно читать субтитры. Когда я делал спектакль в Финляндии, в городе Турку, он был на финском языке. Если бы здесь была диаспора испано-язычных людей, то я мог бы поставить что-то на испанском. Я общаюсь преимущественно с русскими людьми, у меня здесь почти нет знакомых, которые не говорили бы на русском. Я живу в Петербурге, и мне хочется творить для людей, которые меня окружают.

Вы и режиссер, и актер, и музыкант, но что же все-таки ваше истинное призвание?

Я сам периодически задавался этим вопросом. И чтобы не мучиться, в какой-то момент я спросил себя: «Зачем такая бинарность? Зачем выбирать?». Я определил себя как художника — и сразу всё стало проще. Мне стало понятно, что вдохновение можно использовать для всего, не нужно его блокировать. Если, занимаясь постановкой, у меня в голове возникла какая-то мелодия, не обязательно отбрасывать все и заниматься только музыкой. Можно применить эту мелодию в театре, таким образом направить в другое русло. Я не бью себя по рукам, стараюсь заниматься всем. Ингмар Бергман был режиссёром театра и кино, Дэвид Линч последнее время ударился в музыку и вообще сам Гофман был не только писателем, но и композитором, дирижёром, художником и юристом. Просто всему своё время.

Когда Вы решили начать заниматься режиссурой и почему именно театральной? Был ли это спонтанный выбор или мечта детства?

Я определился постепенно. Конечно, интерес у меня был с детства, начиная с мюзиклов, на которые меня водили родители. Мне хотелось быть то писателем, то кинорежиссером, то вообще хотел мультфильмы делать. В школе я всегда старался использовать любую возможность, чтобы заниматься театральной деятельностью. Это было более доступно, чем кино. Не нужна была камера, можно было просто собраться компанией и ставить всё, что захочется. В 12 классе (у нас в Мексике 12 классов) я поставил трехчасовой спектакль. Во время репетиций я подумал: «Это прекрасно, я бы хотел заниматься этим всегда». С того момента мне стало безумно интересен театр. Тогда я отбросил кино и сосредоточился на театральной режиссуре. Я только начинаю, и это моя первая большая постановка, но у меня много идей, которые я хотел бы осуществить на сцене.IMG_8392

А касательно актерской деятельности, есть в Вашей жизни роль-мечта, которую очень хотелось бы сыграть?

Хотелось бы сыграть Люцифера, Яго из «Отелло» или даже Раскольникова. Меня привлекают отрицательные роли, где есть возможность выразить такие качества, которые я стараюсь не проявлять в жизни. Себя я считаю больше режиссером, чем актером. Поэтому для меня очень многое зависит от режиссера, когда я сам играю роль. Я хотел бы работать с тем, кому я могу полностью доверять, чтобы не думать о том, как это смотрится со стороны.

Недавно вы сыграли в спектакле «Молодая гвардия» в театре «Мастерская». Какие остались впечатления от работы с Дмитрием Егоровым и Максимом Диденко?

Работалось с ними очень хорошо. Мы все ученики одного мастера, и при этом у нас колоссальные расхождения в подходе к материалу, в театральном языке, которые мы используем. Даже репетиции с актерами отличаются. Но с точки зрения темы, о чём спектакль, мы с ними полностью совпали во взглядах. Работать было интересно и приятно. Они очень хотели сделать эту постановку. Это подкупило и меня, и всех ребят.

Ваш новый спектакль «Гофман. Видения» поставлен по мотивам произведения Гофмана «Золотой Горшок». Почему выбор пал на такого мистического и неоднозначного писателя?

Дело скорее не в выборе автора, а выборе произведения. Я не мыслю по авторам. А в данном случае у меня даже был пробел со времен обучения. Во время учебы я не успел прочитать Гофмана, хоть он и был в списке литературы. Уже после окончания академии я купил себе книжку. Прочитав «Золотой горшок», я понял, что это гениальное произведение, и уже тогда, четыре года назад, у меня возник замысел сделать постановку по его мотивам.с рикардо

Чем «Гофман. Видения» отличается от более ранних Ваших работ?

Отличается масштабом. Эта постановка на большой сцене с большим количеством актеров. Не самый мой длинный спектакль, но очень сложный композиционно. Много сцен, переходов, пластики, хореографии, проекции — такая фантасмагория. Но всё равно это моя постановка, а не что-то другое. Это продолжение моего творчества.IMG_8556 (1)грим
Хореографию для спектакля ставит Тая Савина, расскажите, как вам работалось вместе?

Работается нам хорошо. Это наш второй совместный спектакль — первым был моноспектакль «Жёлтые обои», который мы поставили в Турку, Финляндии. Как и в той постановке, нам в новом спектакле очень важна атмосфера, и мы решили её добиться пластикой артистов. Несколько ролей полностью решены пластически, и без Таи я бы не смог эту задачу осуществить. Благодаря нашему предыдущему опыту, я Тае теперь доверяю настолько, что мы иногда репетируем разные сцены параллельно — она в одной комнате с одними артистами, а я в другой с другими. Потом друг другу показываем, обсуждаем и дополняем. Она была со мной с первых же репетиций и я распределил актёров по ролям вместе с ней. Очень приятно, что спектакль получился нашим.в темнотуIMG_8542

Как вам работается с таким количеством актеров? Нужен ли определенный подход к каждому, с какими сложностями пришлось столкнуться?

В ТЮЗе я — приглашенный режиссер. Все актеры относятся к делу профессионально, с понимаем того, что мы коллеги и работаем над спектаклем. Это отличается от работы с артистами «Мастерской», так как там — мои однокурсники, люди моего возраста, которые знают меня уже 10 лет. С ними всё по-другому. В «Гофмане» мало массовых сцен, в основном сцены можно репетировать в небольшой компании артистов, поэтому в каком-то смысле находить подход  к каждому проще, чем если бы приходилось работать сразу со всеми. Однако у моих актёров много спектаклей, часто по два в день, и это препятствует тому, чтобы я мог часто с ними репетировать.лодка

Какое настроение и эмоции Вы бы хотели передать зрителю  через «Гофман. Видения» ?

Хочется сделать так, чтобы зрители узнали себя хотя бы в одном из персонажей, чтобы они больше мечтали. Хотелось бы вызвать много разных эмоций. И чтобы от спектакля в целом осталось положительное, светлое впечатление.

Идеальный выходной по версии Рикардо Марина.

Когда встаешь рано от того, что солнце бьется в окно. Так светло, что можно читать в постели, не включая свет. За окном лето, поэтому на улицу можно выходить, не укутавшись. Сидеть на скамейке, читать, спонтанно встретиться с друзьями, пойти в кино, посмотреть интересный фильм, а потом сидеть и обсуждать его. Ну как-то так:  спокойной и всё равно в искусств.