лесков

Николай Лесков: Новое дыхание классической литературы

Всем нам со школьной скамьи знаком Пушкин, Тургенев, Толстой, Достоевский. Некоторые же классики литературы по каким-то причинам скромно прячутся в тени своих коллег. Николая Лескова, например, рядовой читатель помнит, в основном, благодаря его мастеровитому левше. Мы решили пойти дальше и напомнить вам о таланте этого писателя.


Автор: Полина Колоскова


Еще недавно листва, радующая глаз, сейчас покрылась снежным одеялом. С теплыми шарфами и пуховиками как нечто само собой разумеющееся пропало всякое желание выбираться из дома, сменив летние бессонные ночи теплыми вечерами с книгой в руках. Воспоминания об уроках литературы в старших классах вызывают зевоту, стихи Пушкина читаются куда приятней по весне. Душа этой холодной осенью хочет чего-то своего, и иностранные авторы не в силах передать красоту и боль вечной череды слякоти и замерзших тротуаров. А значит самое время вспомнить русскую классику классику.

Николай Семенович Лесков относился к писателям последней трети девятнадцатого века, к поколению, впервые заслужившего популярности за рубежом. Переводы Толстого, Чехова, Достоевского осуществлялись сразу же после публикации на родине. Читателя увлекал мрачный мир русского человека и его действительности, где не прекращалось говориться о спасение души и выборе между добром и злом.

Ведя разговор о жанровой принадлежности работ Лескова, в первую очередь называется реализм. Но реализм, это слово, которым можно покрыть все, что угодно: даже в «эпосе о Гильгамеше» — реализм. Так происходит, от того, что повествование затрагивает не столько беспринципную точность и конкретность описываемых историй, сколько виденье времени и понимание его поколением. Потому и верили в приключения фантастических Энкиду и Гильгамеша в эпосе, поэтому верили и в истории о Левше в одноименной повести Лескова.

Занятно, что все пусть и верили, но веру свою где-то глубоко попрятали. Например, критика «Леди Макбет Мценского уезда» молчала более шестидесяти лет. Л.А. Аннинский предполагал, что очерк вызвал вполне закономерную реакцию: «сначала действует на современников ближний пласт текста, злободневный его уровень, «глубина» же открывается потомкам».  Одной из причин непонимания повести также послужило простое построение романа «Никуда», вышедшего накануне. «Леди Макбет» состоит из напряжения, повествование извивается внутри себя змеёю.

лесков

Вроде, какая-то Достоевщина: козни, убийства, сплошная гниль. Но на фоне всего это расстилается во все стороны всемогущая и верховная она — любовь. И всеобщая отчужденность людей объяснится поисками сострадания и понимания, объяснится желанием любви. Посмотришь на близких, на друзей: на что они готовы ради любви? И пытаешься не думать на что готов пойти сам.

Катерина Измайлова, главная героиня повести — чистое дитя природы, избежавшая цепких рук культуры и науки. Она подобна древним людям, убивающим ради выживания и прокормления. Её жертвы не отличаются друг от друга душой и плотью, для Катерины они бесцветны. Это же так просто получается в её мировосприятии: она просто закрашивает их своей горечью, своим одиночеством, она заполняет их любовью, своим поцелуем смерти и оставляет в томление вечным сном. Ведь не может быть жизни без любви. И не может быть жизни человека, препятствующей чувствам двоим…

лесков

И вы все также молчите темными вечерами. А за окном хлопьями падает снег, эхом пропуская шум машин. И пальцы сжимают невольно страницы книги. И наступает тишина.

А внутри прошел ураган.


Kulick.Magazine — журнал про культуру и искусство.