mys

Леонард Коэн — легендарный музыкант, чья работа вдохновляла поколения

В возрасте 82 лет после долгой болезни скончался один из наиболее влиятельных музыкальных деятелей, легендарный канадский певец, поэт и писатель Леонард Коэн.


Свободный автор: Соня Шумбасова


Менее чем за месяц до смерти Коэн выпустил 14-й альбом «You Want It Darker», спродюссированный его сыном, заставив мир вновь говорить о себе едва ли не больше, чем нобелевский лауреат (и хороший друг Леонарда) Боб Дилан.

В конце октября мы услышали, как Леонард Коэн поет «I’m ready, My Lord» на его новой пластинке, и спустя три недели его не стало. Наиболее известный всем по одной из самых перепеваемых песен в мире «Hallelujah», Коэн посвятил много стихов Господу. C религией в его жизни вообще связано многое: будучи правоверным иудеем, на склоне лет, в конце 90-х, Коэн удалился в дзен-буддистский монастырь, где принял имя Джикхан – «молчание». «Когда смотришь на мир, можно сказать только одно слово – и это «аллилуйя». Больше ничего».

leonard-koen

Правда в том, что Леонард Коэн казался потерянным, как никто другой. Однако незаурядную многозначительность его лирике придавало не то, что он знал ответы, но то, что не переставал искать. Коэн начинал как многообещающий писатель и поэт, но и став музыкантом и исполнителем, он продолжал искать «путеводные нити» в Европе, Африке, Израиле и Кубе, в еврейских храмах и буддийских ретритах; пытался осветить их алкоголем и наркотиками, притянуть мелодиями.

Леонард Коэн с юмором относился к себе и очень серьезно – к своему творчеству. Коэн никогда не считал себя кем-то важным. Он часто говорил, что просто пытается использовать по максимуму те скромные таланты, которые были ему даны, и надеется, что его мысли и идеи будут полезны для слушателя. Написание песен было для него чем-то вроде способа осмысления обескураживающего мира и растворения одиночества. «Все мы знаем, что, когда ты закрываешь дверь и остаешься только со своим сердцем и своими эмоциями, становится не так уж и весело». Он любил описывать свои песни как «расследования» скрытой механики любви, секса, войны, религии и смерти – самых красивых и самых ужасающих истин существования.  Песни Коэна сравнивают с якорем, брошенным в бурлящее море: они вроде веса, который может спасти вашу жизнь.

«Непревзойденный в своей изобретательности, проницательности и захватывающей дух откровенности, Леонард Коэн был настоящим мечтателем, чьего голоса нам будет не хватать, — говорит в своем заявлении в связи с кончиной Коэна его менеджер Роберт Кори. — Я был счастлив называть его своим другом, а непосредственно служить такому мощному артистическому таланту было привилегией и даром свыше. Он оставил после себя наследие, которое принесет прозрение, вдохновение, и излечит еще не одно будущее поколение».

leonard-koen

Леонард Коэн на протяжении своей охватившей почти пять десятилетий карьеры был «серым кардиналом» небольшого пантеона чрезвычайно влиятельных авторов-исполнителей, появившихся в 60-х и начале 70-х годов. Лишь Боб Дилан оказал большее влияние на его поколение, и, возможно, только Пол Саймон и земляк Коэна Джони Митчелл могли сравниться с ним как c автором лирики. Изощренные, потрясающе ёмкие тексты песен Коэна с раздумьями о сакральности и профанности любви встречали восторг со стороны других артистов и дали ему репутацию, если использовать фразу его звукозаписывающей компании для рекламы в 1970-х, «мастера эротического отчаяния».

Леонард Коэн скончался менее, чем через год после смерти своего друга, музы и бывшей партнерши Марианн Илен, которая вдохновила его на написание таких песен, как «So Long, Marianne» и «Bird on the Wire». Узнав о её крайне тяжелом состоянии, Коэн написал ей в прощальном письме: «Что ж, Марианн, пришло время, когда мы так стары и наши тела распадаются, и я думаю, что я в скором времени последую за тобой. Знай, что я так близко за тобой, что, если ты потянешь руку, думаю, достанешь до моей». Только после выхода последнего альбома Леонарда Коэна статья в New Yorker пролила свет на плохое состояние здоровья певца. «Это клише, но смерть недооценивают как анальгетик на всех уровнях». «Я готов умереть. Надеюсь, это не слишком некомфортно. Для меня, пожалуй, это всё». Позже он пояснил, что это было преувеличением. «Я всегда любил драматизировать насчет себя, — признался Леонард. – Я намерен жить вечно».

И, благодаря своему творчеству, он будет.


Kulick.Magazine — журнал про культуру и искусство. Помним великих.