японская литература

Как понять японскую литературу

Страна восходящего солнца до сих пор остается крайне закрытой и загадочной для русского читателя, которому гораздо понятнее и ближе европейская культура, ставшая транслятором знаний о Японии в Россию. Переводы японской литературы, особенно современной, на русский язык только увеличиваются. Однако понять её без предварительной подготовки крайне сложно.


Свободный автор: Настя Дорогова


При чтении любого текста японской литературы важно помнить, что европейские реалии плохо или же совсем не работают в японской культуре. Сам процесс чтения другой, поскольку способ письма – вертикальный, то есть японцы чаще всего воспринимают информацию целиком по столбцам. А народные сказки, в отличие от русского «жили-были», начинаются со слово «мукаси», то есть «в старину», а место и время часто обозначается названием провинции и именем правящего князя.

Если говорить о традиционной литературе, неизбежно вспоминается жанр хайку или хокку, как он назывался до XVI века. Хайку – самый лаконичный жанр всего из 17 слогов с 3-4 ключевыми словами без рифмы. В японском он записывается в один маленький столбец, в европейских язык – в три строки по 5-7-5 слогов. В 1681 поэт Мацуо Басё изменил жанр, который воспринимался как игра, написав стихотворение о вороне, которое в переводе Константина Бальмонта звучит так:

На мертвой ветке
Чернеет ворон.
Осенний вечер.

Русский язык, в принципе склонный к усложнению конструкций, нагружает очень простую игру. Дословно знаменитое хайку звучит как:

На сухой ветке
Ворон сидит
Осенние сумерки

Хайку ловит момент и описывает его предельно доступными словами. Именно эта черта – мимолетность, прекрасная, почти недоступная, ускользающая и печальная, является одним из главных понятий в жизни японца, мастером передачи которой был поэт Кобаяси Исса. В связи с этим был сильно развит схожий по духу хайку жанр прозы – дзуйхицу, то есть «вслед за кистью». В какой-то мере он похож на прием «потока сознания» модернисткой литературы XX века. В дзуйхицу мысль едва поспевает за рукой, а человек записывает абсолютно все, что придет в голову. Главным текстом являются «Записки у изголовья» Сэй-Сёнагон XI века, в которых писательница описывала все, что видела из своего окна:

«Весною – рассвет.
Все белее края гор, вот они слегка озарились светом.
Тронутые пурпуром облака тонкими лентами стелются по небу.
Летом – ночь.
Слов нет, она прекрасна в лунную пору, но и безлунный мрак радует глаза, когда друг мимо друга носятся бесчисленные светлячки. Если один-два светляка тускло мерцают в темноте, все равно это восхитительно. Даже во время дождя – необыкновенно красиво».

Описания Сэй-Сёнагон тесно связаны с понятием моно-но аварэ или «очарование вещей», причем вещи включают в себя и чувствах, и людей, и природу. Изменчивость и бренность (мудзё) порождают печаль и необычайную чувствительность, особенно по отношению к вечно сменяющимся временам года и мимолетной жизни.

Японcкая проза XX-XXI веков чуть ближе к европейской, поскольку страна была вынуждена выйти из добровольной изоляции и перенимать некоторые черты. Дзюнъитиро Танидзаки, сравнивая две культуры в эссе «Похвала тени» (1934), позволяет увидеть настоящую Японию. Танидзаки пишет, что европейцы поражаются бедности и простоте убранства японского жилища, поскольку не знакомы с понятием «тени» (саби), ведь «Элементом красоты нашей гостиной является не что иное, как именно этот профильтрованный неяркий свет», который уходит свое успокоение в тускло окрашенных стенах.

Вторая Мировая война породила еще один жанр – литература атомной бомбы, тексты, посвященные ядерным бомбардировкам Хиросимы и Нагасаки. В целом, послевоенная проза отличается нигилизмом, самым ярким представителем которого стал Юкио Мисима, следовавший кодексу самураев (бусидо) и совершивший ритуальное самоубийство, сэппуку. Его самый известный роман «Золотой храм» (1956) – одно из самых читаемых японских произведений во всем мире. «Золотой храм» – авторская интерпретация реальной истории, произошедшей в храме Кинкаку-дзи в Киото. В 1950 г. 21-летний монах-ученик поджег храм и попытался покончить жизнь самоубийством, уверяя, что павильон слишком красив для земного мира. Автор рефлексирует на тему мифической красоты, способной свести с ума впечатлительного мальчика, и его призрака в воспоминаниях современников.

Самым известным современным японским автором, без сомнения, является Харуки Мураками. Его роман «Норвежский лес» пропитан темой смерти, которую японцы не боятся обсуждать в повседневной жизни, в отличие от русских. У японцев есть искусство смерти, ее идеал, связанный с честью.

Особая категория японской литературы – манга, рисованные истории в картинках, похожие на комиксы. Манга почти всегда черно-белая и может затрагивать любую тему, от экономики Японии до ужасов или эротики. У манги выработана своя система символов, связанная с характерами и реакцией героев. Например, может быть указана группа крови, которая, по мнению японцев, определяет характер человека.


Kulick.Magazine — мы понимаем.