романтизм

Любовный напиток, или рецепт литературы в духе романтизма

Романтизм – это далеко не только мечтательность и идеальная любовь. Для идеологии, захватившей в свое время все сферы искусства и человеческой жизни, этого было бы недостаточно. Попробуем разобраться в основных чертах художественного метода и составить рецепт «классического» романтического произведения.


Свободный автор: Рита Алекторова


Романтизм

Его, как и любое большое литературное движение, невозможно объяснить в двух словах. Явление, охватившее в свое время все культурные сферы жизни человека и развивавшееся в разных странах независимо и неравномерно, слишком многогранно для этого. Однако, как говорил о нем Наум Яковлевич Берковский, известный исследователь романтизма, всё же он был целой и единой культурой, а значит, попытаться выделить его ключевые черты возможно. Для лучшего понимания мы попробуем сделать это упрощенно, как если бы говорили о литературе, пользуясь формой рецепта, комментируя тот или иной ингредиент.

Ингредиент 1
Философские основы, музыка и синтез искусств 

Для романтиков философия представляла собой не просто фундамент для творчества, она неминуемо проникала внутрь литературы и становилась самим творчеством. Среди романтиков, и особенно йенских, было немало философов и филологов: Фридрих Шлегель, Вильгельм и Якоб Гриммы, Новалис и другие, чьи произведения выражали общее мироощущение. Вообще, романтические идеи, созревшие в эпоху Великой французской революции как бы в пику рационализму Просвещения, влияли даже на естественные, очень рациональные науки – медицину, геологию, физику.

Основой романтической философии является понимание мира как чего-то незаконченного, изменчивого и бесконечного. Мировая жизнь, по их представлениям, подобна непрерывному творчеству, в котором большая роль отведена индивидуальному и личному. Поэтому для романтика важно избавиться от всего мещанского и вещного, то есть филистерского, замкнутого в узком пространстве обыденности, условности которой временны и ничего не значат по сравнению с вечно творимой жизнью, не имеющей ни начала, ни конца.

Условностями считались и те правила и законы, по которым строились произведения искусства у Просветителей – закон триединства, разграничение низких и высоких жанров, комического и трагического и многое другое. Все это казалось романтикам лишними границами, которые они старались преодолеть. Их интересовало смешение жанров, проникновение в повесть о повседневности фантастических элементов, а самое главное, они проповедовали синтез искусств, который мог бы служить наиболее полному выражению творимой жизни. В качестве примеров синтетического искусства романтики уважали театр, соединяющий в себе и литературу, и живопись, и музыку, а также архитектуру, включающую в себя скульптуру, живопись и зодчество. Однако выразить сущность жизни в принципе, считалось, наиболее способна музыка, ведь это искусство, создающееся прямо сейчас при слушателе и обладающее огромной силой производимого впечатления. Именно музыке в романтизме придается первостепенное значение, и именно музыка должна проникать в другие виды искусства. Например, у литературного произведения в это время появляется такой критерий оценки как музыкальность – способность вызывать сильное эмоциональное впечатление.

Ингредиент 2
Возможное в мире и связь с природой

Идея вечно создающейся жизни определяла ориентацию романтиков на будущее, вероятное и возможное, способное осуществиться, но еще не наставшее. Им было интересно следить не за результатом, то есть «сегодняшним днем», а за самим процессом творчества жизни. Это очень характерная черта, объясняющая многие символы и образы романтизма (бесконечная дорога в ночи, ожидание, путешествие). Отсюда следует и огромный интерес романтиков к природе как некой сокровищнице возможностей. Исследуя природу, человек создает культуру и творит жизнь. Природа в их понимании – не просто обрамление, не просто пейзаж, но сама колыбель жизни.

Ингредиент 3
Фантастика, сказки и страшный мир

Интерес к фольклору как части национального прошлого начинает зарождаться в разных странах Европы примерно со второй половины XVIII века. В Англии, Германии и Франции появляются сборники народных сказок и песен, в которых романтики затем усматривают особый народный дух и народную философию. Вскоре сказки, мифы и легенды начинают проникать в авторскую литературу, привлекая писателей еще и сочетанием фантастического и реального. Но если для ранней стадии романтизма фантастическое было практически синонимом возможного, чуть позже оно приобретает совершенно другое значение. Внедряя фантастические мотивы в повседневную жизнь, поздние романтики выстраивали концепцию страшного мира. Это мир, в котором индивидуальность утратила свою значимость, а сама жизнь, буквально пропитанная злом и подчиненная ему, лишилась правдоподобности. Страшный мир нашел отражение, например, в программной сказке Гофмана «Золотой горшок», где каждый персонаж является не личностью, а всего лишь воплощением чина, или в сказке «Удивительная история Петера Шлемиля» Шамиссо, в которой реальный мир находится под властью мелкого, «коммерческого» беса и не способен ему противостоять. При этом нужно заметить, что страшный мир романтиков ужасен не изначально и не полностью. Из-под уродливого занавеса всегда проглядывает прекрасное. Так, например, у Кольриджа в поэме «Старый моряк», где весь экипаж корабля гибнет от жажды, путешествие начинается довольно счастливо. Однако это возможное счастье разрушается непроизвольным, бессознательным злом, когда моряк убивает без какой-либо причины пролетающего над кораблем альбатроса, по поверьям, птицу, несущую удачу.

Ингредиент 4
Любовь

Часто понятие «романтизм» подменяется в обиходе понятием «романтика», из чего следует не совсем верное представление о главенстве темы любви в литературе романтизма. Действительно, романтиков интересовало проявление страсти и эмоций, но любовь в их понимании также часто становилась началом созидательным и исцеляющим. Разрушить чары страшного мира, к примеру, в «Крошке Цахесе» Гофмана, могла только любовь Бальтазара.

В связи с этим особую роль в произведениях романтиков играла женщина. Как и сама бесконечно меняющаяся жизнь, так и этот образ претерпевал в их литературе различные изменения. Сначала романтики придавали ему особое философское значение и отождествляли женскую душу с душой всего мира. В этом выражалась их оптимистичность – женственность мира отождествлялась с его добротой. Но чем дальше, тем сомнительнее становился культ женщины раннего романтизма, что привело к его полному развенчанию. Наиболее страшно это передано в трагедии Генриха  фон Клейста «Пентиселея», где женщина представлена жестокой амазонкой, над жестокостью которой бессильна даже любовь.

Что в итоге?

Если попытаться подвести итог, то для приготовления основы романтического произведения требовалось не так уж много ингредиентов, однако каждый из них должен был обладать отменным качеством. Если же автору хотелось придать своей сказке или драме особого вкуса, в ход шел уникальный романтический юмор, чистый и светлый, в отличие от пресного и назидательного, которым пользовались просветители. Особую остроту придавали образ романтического героя, очень субъективного, обуреваемого страстями, и яркий национальный колорит сюжета. И все же произведения той эпохи, используя все эти составляющие в уникальных пропорциях и трактовках, были очень и очень разными, близкими друг другу по настроению, но крайне индивидуальными. Как, собственно, и требовал дух романтизма.


Kulick.Magazine — ваш романтический журнал про культуру и искусство.