Магический реализм

Магический реализм

Саша Тэмлейн

Сколько литературных жанров вы сможете назвать по памяти? Свободный автор интернет-журнала «Kulick» определенно добавит в ваш список еще один!

Магический реализм – художественный метод, в котором магические элементы включены в реалистическую картину мира.

Термин «магический реализм» впервые был использован в 1925 году немецким искусствоведом Францем Ро в отношении работ молодых художников-авангардистов. Применительно к литературе – французским критиком Эдмоном Жалу в 1931году. Он писал: «Роль магического реализма состоит в отыскании в реальности того, что есть в ней странного, лирического и даже фантастического — тех элементов, благодаря которым повседнев­ная жизнь становится доступной поэтическим, сюрреалистическим и даже символическим преображениям».

В 1948 году венесуэльский критик А. Услар-Пьетри применил термин «магический реализм» для обозначения самобытных работ отдельных латиноамериканских авторов. Кубинский писатель Алейо Карпентьер (друг Услара-Петри) использовал термин «lo real maravilloso» (приблизительный перевод «чудесная реальность») в предисловии к своей повести «Царство мира сего» (1949).

В современной европейской литературе представителями магического реализма можно назвать Джонатана КэрроллаОдри НиффенгерМарка ХелпринаМилорада Павича и Горана Петровича.

 


Джаспер и Эмили

Джаспер был деревом.

Он всю предыдущую жизнь мечтал быть деревом, и вот ему удалось. Он рос спокойно и неприхотливо, над обрывом, так что его корни едва ли не полоскались в облаках. В его зелёной голове свила гнездо какая-то пичуга, но, поскольку в предыдущей жизни он в зоологии не особо разбирался, то не знал, что за она.  Но она так смешно говорила по утрам «Пень! Пень!», что Джасперу сразу же приглянулась. Листьев у Джаспера не было, одни только прочные иголки, а ствол – звонкий и золотистый, как и положено всякой порядочной сосне.

Джаспер был своей жизнью более чем доволен.

Здесь никогда не было сухо, а почвы, пусть её и не было слишком много, вполне хватало, чтобы уцепиться крепкими узловатыми корнями. Высоко-высоко вверху, как чёрные точки, парили птицы, изредка пробегал горный баран, а внизу, под обрывом, через клочья облаков, виднелся город: маленький, такой уютный и красивый, будто выстроенный из карамели и затвердевшей нуги. Джаспер помнил, что когда-то он жил в нём, но там было слишком шумно, бурно,  вечно требовалось разговаривать и что-то решать – а Джаспер этого не любил.

Здесь он тоже изредка беседовал: когда Ветер, живущий в пещере высоко по склону Горы, расходился не на шутку, то сосны скрипели и стонали – жаловались на жизнь друг другу, а то и делились сплетнями, или фантазиями про то, что неплохо бы им стать корабельным лесом, попасть в лапы лесника с топором, стать прекрасной стройной мачтой – и уплыть, повидать Чужие Края.

Джаспер ни о чём таком не мечтал.

Ствол у него был изломан десять раз, ветви раскинулись широко в стороны, а корни оплетали скалу, как крупнокалиберная паутина. Раз в году, как и положено, на нём зрели шишки, и он сбрасывал их вниз – может, где-то там, под облаками, на зелёных лугах и в тенистых балках, возле ручьёв, они и могли вырасти в самые настоящие  красавицы, и получить шанс оказаться форштевнем, или килем, а то и носом прекрасного корабля.

А ещё у Джаспера был друг.

Это была маленькая девочка, которая нередко приходила и садилась поиграть у его корней, хотя родители ей это строго-настрого запрещали. Она тоже была из Города, и Джаспер, если напрячься, даже могу смутно припомнить её прадедушку – из той поры, когда он ещё был человеком.

Поначалу всё шло хорошо.

Время шло, ничего не менялось, да Джаспер и не хотел перемен.

Он для того и стал деревом, чтобы иголки свободно полоскались по воздуху, по ветвям чирикали птицы, а корни могучим, долгим усилием вбирали влагу из земли. Но перемены были, они были неизбежны, и они всё-таки приходили. К Городу внизу провели широкую дорогу, и он запестрел палатками, и ларьками, и шатрами из дорогих отрезов ткани. Через Город проходили многие: Город рос, разбухал, как капля, но многие и уходили. Знакомая девочка – кажется, её звали Эмили – росла, и вот уже превратилась в нескладного большеносого подростка. Впервые Джаспер ощутил какое-то беспокойство: его устраивало, когда всё идёт, как есть, и пусть он и не хотел жить в Городе, но любил его таким, какой он был, и с раздражением взирал на разрастающуюся внизу опухоль – кривобокие, тяп-ляп домишки.

«А что, если бы я снова родился человеком, то мог бы всё изменить?» — подумал он, но тут же отверг эту нелепую мысль.

К тому же Эмили перестала приходить, и Джаспер медленно старел на своём утёсе, по-прежнему умиротворённый, хотя уже и не такой довольный.

Но вот однажды, кое-что изменилось – совсем.

Джаспер впервые увидел эти клубы дыма утром.

Они поднимались над степью, будто невиданный жёлтый пожар. Они загородили собой половину горизонта.  Выползающее на него солнце, кроваво-красное по утрам, купалось в этой пыли. А затем пыль стала приближаться.

И Джаспер увидел людей – крохотные, как муравьи, сердито настёгивающих своих низкорослых чахлых лошадок, со сморщенными злыми лицами, похожими на печёные яблоки, и сверкающими  острыми шлемами. Они мчались и мчались, от горизонта к Городу, и им не было ни края, ни конца.

А затем Город полыхнул!

С ужасом и яростью Джаспер смотрел, как огонь пожирает те уродливые постройки, которые он так не любил, и которые были так дороги ему сейчас. Огонь разливался, как вишнёвое варенье, которое он так любил в детстве.

И тогда он увидел Эмили.

Если бы у дерева было сердце, оно бы задрожало от восторга и боли. Маленькая Эми выросла! Настоящая красавица в платье, которое приходилось придерживать обеими руками, она мчалась по узкой тропинке, обдирая руки в кровь и сбивая башмаки. Поначалу Джаспер подумал, что она бежит к нему – что за нелепая мысль?! – но затем понял: чуть левее через пропасть был протянут верёвочный мост. Если по нему перейти, а затем обрубить концы…

В руке у Эмили был зажат нож.

К несчастью, к мосту вела не одна дорога, а целых три!

И первые две уже заполнились людьми. Джаспер в гневе смотрел на эти плоские лица, горящие звериной похотью и злобой, на одежду, больше смахивающую на лоскуты рванья, на мечи, кривые и залитые кровью. Эми молча обхватила его ствол руками и закрыла глаза. Дыхание вырывалось у неё из груди с сипом, какими-то неритмичными рывками.

— Вот и всё, — вдруг сказала она голосом маленькой Эми. — Прощай, дерево.

И она разжала пальцы.

Джаспер заревел.

Поймав заплутавший в вышине ветер, он поспешно сплёл из его потоков смертельные узлы. Старая, хотя и не ветхая плоть издала душераздирающий стон. Да, он по-прежнему был крепок и могуч, и мог бы цепляться за жизнь ещё долго, долго – но не этого он хотел.  Корни с противным визгом выдирались из земли. Вырывались и падали в пропасть камни. Столпившиеся у моста дикари в потрясении смотрели на это действо.

— Он рос над обрывом, — тявкнул один из них. — Не выдержал своей тяжести. Боги забирают его. Он падает.

Почти благоговейно они смотрели, как  колоссальный ствол, перечертив голубовато-сизую хмарь, приземлился точно на площадку на той стороне.

— О боже! — выдохнула Эмили. — Ты сделало это для меня, для меня, дерево?!

Джаспер сердито зашумел ветром в ветвях.

Более не тратя воздуха, она поползла.

Прекрасные кринолины и шелка не предназначены для ползания по старому стволу сосны. Она изодрала локти и распорола юбку. Варвары, опомнившись, с улюлюканьем лезли за ней.  Но ветви будто держали их, сучья лезли в глаза, ствол выскальзывал из рук. И когда она, дрожа от напряжения, ступила на твёрдый пятачок по ту сторону, дерево вдруг заскрипело.

Нижние ветви подломились, и ствол, сделав грациозный поворот вокруг своей оси, с торжествующим стоном стряхнул с себя налипших на него, дикарей, как муравьёв и медленно и величаво канул вниз.

Падал он долго, очень долго – пропасть была таковой, что стука падения Эми не услышала.

В безумии погони, в крови умирающего города, в отчаянии надежды ей почудилось: громадный ствол упал не просто так, он спасал её от убийц и насильников, и он же увлёк их за собой.

— Он пожертвовал собой ради меня, — сказала разбитыми губами Эми. — О боже, какая безумная мысль!

Но, быть может, её утешило бы, что Джаспер, пронзая облака и разбиваясь о каменную плиту внизу, ровным счётом ни о чём не жалел.

 


Использованная литература

  1. Магический реализм [Электронный ресурс]. – 2015. – Режим доступа : https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D0%B3%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D1%80%D0%B5%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%D0%BC. – Дата доступа : 04.08.2015.
  2. Магический реализм в латиноамериканской литературе [Электронный ресурс]. – 2015. – Режим доступа : http://bibliofond.ru/view.aspx?id=703387. – Дата доступа : 04.08.2015.
  3. Магический реализм [Электронный ресурс]. – 2015. – Режим доступа : http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_culture/491/%D0%9C%D0%90%D0%93%D0%98%D0%A7%D0%95%D0%A1%D0%9A%D0%98%D0%99. – Дата доступа : 04.08.2015.
  4. Магический реализм [Электронный ресурс]. – 2015. – Режим доступа : http://litmasters.ru/razgovor-obo-vsem/magicheskij-realizm.html. – Дата доступа : 04.08.2015.
  5. Что такое МАГИЧЕСКИЙ РЕАЛИЗМ в литературе XX века? (представители… обзор) [Электронный ресурс]. – 2015. – Режим доступа : https://otvet.mail.ru/question/4467199– Дата доступа : 04.08.2015.