akteryi

Интервью с актёрами спектакля «Кюхля»

Что позволяет узнать спектакль лучше, чем просто увидеть его? Пообщаться с актёрами! Kulick.Magazine взял интервью у студентов института им. Бориса Щукина, сыгравших в спектакле «Кухля», и узнал, из чего состоит внутренняя кухня постановки.


Свободный автор: Марина Дё


Отвечают Анастасия Кузнецова, Сергей Батов, Илья Рогов, Николай Романовский.

Что лично вам близко в спектакле «Кюхля»? 

Анастасия: Очень близко то, что это всё будто про нас! Когда мы делали эту работу, то проводили параллели с нашим училищем, с нашей жизнью в институте среди своих друзей-однокурсников. Этот спектакль про нас чуть ли не дословно! То, как лицеисты относились друг к другу — с уважением, теплом и любовью, — так и мы прижились все, как названные братья и сестры. Сложно представить наш курс без кого-то.

Сергей: В спектакле мне близка тема дружбы, настоящего братства! Эта одна из немногих наших работ, где мы задействованы всем курсом. И это очень ценно.

Илья: Лично мне близок в спектакле юношеский гиперболизм лицеистов. Если уж обижаться, то сжигая все мосты. Если грустить, то прыгать и топиться. Если спорить, то до потери пульса. В «Кюхле» Ю. Тынянова очень интересно «посмотреть вживую» на людей из учебников. Понять, что Пушкин – это не просто «наше всё», гений и небожитель, а что и он когда-то был мальчиком, дружил и ссорился с однокурсниками.

Николай: Нам близки проблемы героев, неопределенность нашего будущего, чувства любви, долга, чести. Мы так же, как и лицеисты, учимся, нас просвещают, закладывают в нас традиции, знания, идеи. Но, на мой взгляд, самое близкое нам — это, несомненно, братство. Братские узы. Наш институт — наш дом; наши Мастера — это наша семья. Все мы такие разные, и каждый из нас часть чего-то целого, единого. Родство и единство с мастерами через поколения объединяют нас друг с другом, сближая с нашими героями — лицеистами. Анна Леонардовна Дубровская и Анна Марковна Бруссер подарили нам удивительную возможность почувствовать это родство, а через это прочувствовать и характер каждого из наших «лицейских» героев, прожить частичку жизни Великих.

yiwmw5msxqm

Какой ваш любимый момент в спектакле?

Анастасия: Любимый момент? Конечно же, это последняя ночь перед окончанием лицея, когда Пушкин приходит к Кюхельбекеру и читает свою «Разлуку». Именно тут подкатывает комок к горлу, его невозможно слушать без слёз.

Сергей: За спектаклем очень интересно наблюдать изнутри. Он всегда разный и не стоит на месте. С каждым разом открываешь всё новые и новые смыслы, ловишь интонации партнёров, которые раньше не замечал. Слово становится весомым. Очень трогает момент расставания с лицеем.

Илья: Мой любимый момент в спектакле — попытка утопления Кюхельбекера. Но даже не сама попытка, а то, что происходит после. К нему приходит Пущин, Пушкин и Есаков. Пущин, чтобы начать разговор, пытается свести все в шутку, но Вильгельм не поддается на провокацию и молчит. Пущин снова пускает в ход юмор — снова неудачно. Вильгельм молчит. Тогда Пушкин берет Вильгельма за руку и неуверенно её пожимает. И вот только тогда Вильгельм не выдерживает и рассказывает всё!

Николай: Я бы отметил начало спектакля, и его конец. В самом начале предвкушаешь развитие событий, ведь перед тобой открывается новая страница в истории. Ты проживёшь целую жизнь: будешь любить и ненавидеть, терять и находить что-то совершенно новое и неожиданное, будешь совершать настоящие поступки. Это удивительное чувство, когда тебе выпадает возможность пройти путь гения, героя: на секундочку переместиться в прошлое, которое ворвётся в наш «новый» мир и станет будущим; задержаться на перекрёстке времён. Разве это не прекрасно? Не ради ли этого живёт актёр? Представьте себе, что у вас есть удивительный шанс хотя бы одним глазком заглянуть в изумительно непохожее ни на что прошлое. Возможно даже совсем не то прошлое, которое вам представляется, а другое. Люди там будут не менее похожими на нас. Гении не увековеченные в бронзу, а живые, мерно вышагивающие по мраморным подмосткам своей судьбы, с такими живыми, человеческими лицами, со своими проблемами и идеями, которые блестят в их взоре, во всём их живом и человеческом существовании. И вот вы видите, как Пушкин проходит мимо вас по длинному коридору Лицея с какой-то своей мыслью, со своей сею-секундной целью, а может даже целью всей жизни. Он открывает дверь и тихо, не спеша подходит к Вильгельму. Дверь закрывается. Наступает конец доступной вам части прошлого, но вы знаете, что будет дальше. Ведь это не конец истории, а её совершенно новый виток.

7lm-ylr5feo

Как вы думаете, о чём, зритель будет размышлять после окончания спектакля? О чём вам хотелось бы, чтобы зритель подумал/поразмышлял?

Анастасия: Зритель должен задуматься об этой светлой и теплой дружбе, которой сейчас не так много, и на какое-то время проникнуться или хотя бы соприкоснуться с теми чувствами, которые переживали лицеисты: каково было для них предательство друга, насмешки ребят? Познакомиться с самими лицеистами в нашем представлении и исполнении.

Сергей: Очень хотелось, чтобы зрителю после спектакля стало хоть немного теплее. Чтобы он вспомнил своих учителей, друзей, которых очень давно не видел, близких людей и спросил себя: «А как они там?». Ну и конечно, чтобы он вспомнил и убедился, что живёт в стране с Великим Прошлым и ему предстоит строить Великое Будущее!

Илья: Мне бы хотелось, чтобы зритель задумался, почему в одном лицее была такая концентрация не просто талантливых людей, а будущей гордости России: Пушкин, Дельвиг, Пущин, Гончаров, Яковлев, и, конечно, Кюхельбекер. Какие должны быть причины, предпосылки и условия для такого всплеска таланта? Да, я бы хотел, чтобы зритель подумал именно об этом.

Николай: Нынешнее время, оно такое неопределённое, странное. Ритмы современного человека, безусловно, бешеные. Конечно, это проблема не только нашего века, но мы же живём именно сейчас и всё это чувствуем, не так ли? Порой так не хватает чего-то настоящего, доброго, человеческого. И хотелось бы то время, которое мы проведём вместе, посвятить живому и… Прекрасному.

201yxk6wzni


Kulick.Magazine — ты тоже можешь вдохновлять!