Kulick.Magazine, Милый Ханс Дорогой Петер, Лендок, кино

Затишье перед бурей

Обзор специального показа кинофильма Александра Миндадзе «Милый Ханс, дорогой Петр» в Открытой киностудии «ЛенДок»  от свободного автора Анны Макаровой.


Свободный автор: Анна Макарова


Так уж выходит, что критика со стороны Министерства культуры становится едва ли не лучшей рекламой для фильмов. Картины, о которых Мединский однажды нелестно выразился, конечно, имеют внушительные шансы не выйти в широкий прокат, но зато наверняка найдут свою, может, не столь многочисленную, но благодарную аудиторию.

Картина Александра Миндадзе «Милый Ханс, дорогой Петр» подверглась яростной критике еще на стадии сценария. Минкульт наотрез отказался финансово поддержать «вредный» и  «антинаучный» проект. Фильму помог Фонд кино, но про скандал с Мединским помнили. И терпеливо ждали премьеры. В Санкт-Петербурге она состоялась 25 февраля на киностудии ЛенДок.

«Милый Ханс, дорогой Пётр» явно не относится к тем   фильмам, о которых после просмотра легко и приятно беседовать с друзьями в кафе. Режиссёр напрочь лишил картину хоть сколько-нибудь развлекательной функции. Просмотр картины Миндадзе – это работа, требующая от зрителя сосредоточенности, интеллектуальных и душевных затрат. Фильм тяжёлый и неудобный для простого зрителя. Непривычно в нём всё: от стиля повествования до самих героев. Часто ли на постсоветском пространстве в фильме, затрагивающем тему Великой Отечественной войны, главным героем был немец? Причём показанный не воплощением вселенского зла, а таким же человеком: со своими страстями и страхами. Да, обычный немец, который совсем скоро наденет форму и вернётся в Россию уже как завоеватель. А пока «милый Ханс» создает вместе с коллегами оптическое стекло и предчувствует неизбежность катастрофы, которая подобралась уже совсем близко. Весна 1941-го, до войны с Россией остались считанные недели. Совсем скоро то самое стекло, все-таки созданное немцами на одном из заводов России во время действия пакта о ненападении, будет служить им же в военных целях.

«Милый Ханс, дорогой Пётр» — кино навзрыд. При некоторой холодности и отстранённости в операторской работе, это очень эмоционально насыщенный фильм. Герои за несколько минут переходят с криков на шёпот, от состояния паники к ощущению мнимого спокойствия. Иногда такие перемены случаются в одном кадре, при том не один раз. Это происходит в первой же сцене. Четыре человека за столом, обменивающиеся сдержанно-вежливыми фразами в какой-то момент теряют контроль и разом срываются, а затем снова берут себя в руки, но тишина приобретает уже совсем другой окрас. Тишина в картине Миндадзе вообще не менее красноречива, чем голоса и звуки. А в одном кадре, при этом статично снятом есть целая история, имеющая завязку, кульминацию и развязку. Александр Миндадзе умело и эффективно играет контрастами: и в изображении, и в звуке. Но одинаковую настороженность вызывают и тишина, и крики.

В фильме ясно ощущается затишье перед бурей: зловещее и не оставляющее никакого выбора. Иногда кажется, что буря наконец обрушилась. Однажды Ханс, потерявший терпение и контроль, даже сам провоцирует её и устраивает на заводе пожар, растопив до предела печь. Но и это событие оказывается только очередным предвестником.

Один из мотивов фильма – неизбежность катастрофы. Она нависла над героями картины и уже «дышит в спину». И в ней как будто бы нет ни правых, ни виноватых. По крайней мере, Миндадзе  смотрит на предстающую войну не с точки зрения одной из сторон. Его героев невозможно поделить на «наших» и «не наших». Они все «милые» и «дорогие», о чём и название. Ученый немец Ханс и русский рабочий Пётр одинаково человечны. Не злые и не добрые. А только испуганные и уставшие. Нужна ли кому-то из них предстоящая война? Режиссер не отвечает напрямую на этот вопрос, и даже показывает некоторых персонажей, уже готовых идти на передовую. Но все, без исключения, чувствуют беду. Только реагируют на нее по-разному.

 Такой подход к теме Великой Отечественной войны во многом объясняет отношения, сложившиеся у фильма с министерством культуры. Хотим мы того или нет, но про войну принято снимать по-другому. Даже в том случае, если кино совсем не о ней.

В фильме Александра Миндадзе нет ни военного, ни антивоенного пафоса. Он общается со зрителями на другом уровне. Именно отсутствие даже намека на морализаторство делает эту картину в высшей степени человечной и живой. По мысли фильм антивоенный настолько, что какое-либо слово,  однокоренное слову «война» в отношении него применять совсем не хочется и даже кажется немного неуместным.

Никто, конечно, не отнимет право клеймить картину словом «непатриотичная». Только режиссер, как и та часть зрителей, которая будет не согласна с таким приговором, мыслят несколько другими категориями. Дело здесь не в патриотичности, а именно в человечности. Опять же, хотим мы того или нет, иногда эти понятия начинают даже противостоять одно другому.

Любая война начинается намного раньше первой брошенной гранаты и первой смерти. Возможно, в момент ее зарождения самое важное – это сохранить именно человечность.  Вспомнить, что есть не «свои» и «чужие», а Хансы и Петры. Одинаково люди.

Фильм «Милый Ханс, дорогой Пётр» — очень нужное кино. Тяжёлое, грузное, эмоционально давящее, но нужное. Поэтому хочется верить, что и в случае с этим фильмом критика Мединского возымеет противоположный желаемому эффект и спровоцирует полные залы в кино, где картину будут показывать с 10 марта.