lit

Встреча дискуссионно-поэтического цикла «Вечный спор»

Снежным ноябрьским вечером состоялся баттл двух поэтических стилей — «ясного» и «темного», на котором выступили Геннадий Каневский и Екатерина Захаркив. Это была первая встреча дискуссионно-поэтического цикла «Вечный спор».


Свободный автор: Саша Храмова


Заглянем на страницы истории. Средневековые поэты-музыканты — трубадуры (от окситанского глагола trobar, означающего «сочинять», «изобретать», «находить») — в совершенстве владели искусством нахождения тем и составления рифм для песен. Издревле это ремесло делилось на два направления: «ясный» и «темный» стили. Простота понимания и восприятия «ясного» («легкого») стиля обеспечила ему армию поклонников — такая поэзия была доступна любому слушателю. А вот произведения «темного» («герметичного», «закрытого») стиля были понятны лишь узкому кругу «посвященных». Противоборство между направлениями берет начало в XI веке и всплывает до сих пор.

Литературная дискуссия проходила в усадьбе князей Голицыных Музейного городка ГМИИ им. А.С. Пушкина, в маленьком зале, представляющим собой часовню со сводчатым расписным потолком. Я на такое мероприятие попала впервые, и потому любопытно разглядывала прибывающих гостей и играла в детектива: гадала, почему каждый из них оказался там в тот вечер.

К своему стыду, я ничего не знала об участниках. Погуглила и выяснила: Геннадий Каневский, отвечавший за «ясный» стиль, есть в Википедии («вау!» — подумала я). Интересно, что в фейсбуке за пару дней до события поэт написал: «как читатель — я за «тёмный» стиль, между прочим!» Он и Екатерина Захаркив, защищавшая «темный» стиль, имеют множество публикаций в литературных журналах, участвовали в различных конкурсах и поэтических чтениях.

И вот, все готово. Зазвучали стихи Геннадия Каневского. Одно, второе, третье… Приведу произведение, более всего понравившееся мне:

если с утра
чуть продрав глаза
погружаешься в социальные сети
жизнь начинает казаться
невыносимой

в свое время
когда я работал
на лубянском проезде
(метро «китай-город»)
я применял от этого
три средства

вот они
по нарастающей

в вагоне метро
рядом с тобой
обязательно едет
прекрасная незнакомка
надо лишь присмотреться
точеный профиль
волосы как крыло птицы
глаза неземной глубины
не надо пялиться на нее
это пошло
просто закрыть глаза
и сохранить лицо её
на сетчатке

если и это не помогло
в длинном подземном
переходе на «китай-городе»
раньше всегда пел
маленький хор слепцов
давно их не слышал
в метро поют многие
но так как они
не пел никто
так наверное
пели слепые лирники
из повестей паустовского
как будто прощаясь
с этим миром
каждым выпеваемым
серебряным звуком

но если твоя печаль
еще глубже
и слепцам не удалось
тебя от нее избавить
надо выйти
из так называемого
верхнего выхода
«китай-города»
там где лубянский проезд
резко спускается вниз
к москве-реке
где ясным февральским утром
на фоне голубейшего неба
вертикально стоят столбы
белого пара
из труб замоскворечья
будто звуки
из направленных в небо
медных труб духового оркестра
вдруг застыли
не желая покидать
теплое лоно
инструментов

глядя на этот пейзаж
надо пять минут постоять
в стороне от людского потока
делая вид
что кого-то ждешь
дабы избежать
толчков и ненужных вопросов
а потом
когда ощутишь
растущий в груди
воздушный шар
просто идти
по направленью к реке
не спускаясь вниз
а прямо
легко и свободно
постепенно отрываясь
от земли

Очередь «темных» стихов. Екатерина читала сидя, достаточно тихо и быстро. На моем втором ряду (их всего было два) я ее практически не видела и еле успевала уловить речь. Но выход я нашла: открыла найденный на просторах сети pdf-файл с ее стихами. Предлагаю к прочтению следующее:

неузнанная, она лежит в руинах прошлого
местность смотрит назад — там расположенная
вон там
в затмении рабочих кварталов взломанных языком
в осколках костей под снегом лагеря
в бледном лесу летящем по следу мертвых собак
в магазине готового платья, в приемных консульств
где вампиры бытуют на пределе программы
возобновляемый иск против мира который
лишь сверкание. а это — твоя ли ночь?

в пещере будущего шевеля органами сверхчувств
твоя ли ночь ночь ночь бестелесных детей превращает
в прикосновение свободы, огненных кипарисов, взгляда
синего как неразрывное лето

После чтения собственных произведений авторы высказались на тему встречи и продекламировали несколько произведений других признанных российских представителей обоих стилей. И, наконец, всех присутствующих попросили проголосовать за один из них. Слушатели колебались, и сразу пришлось добавить третий вариант — «сомневаюсь», за который я и проголосовала. Я очень люблю запутанные, непонятные стихи, в которых можно покопаться. Такие произведения можно интерпретировать на собственный лад — нужно только освободить воображение. Но и «ясный» стиль по-своему интересен: не нужно разгадывать загадки, нужно просто ловить строку за строкой, перенимая настроение поэта.

В конечном итоге, «ясный» стиль победил. Но единогласно было решено, что, как и в любом другом деле, здесь нужна золотая середина. Без темноты нет света. Без ночи нет дня. Величественное здание музея не светилось бы так волшебно в ту снежную ночь, не опустись на город темнота.


 Kulick.Magazine — журнал о культуре и искусстве.