схт машина ждет

Живучий сюжет, жестокие люди и железная закалка в Социально-художественном театре

Машина ждёт. Time framed. Желания ждать не заставят. Живучий сюжет, жестокие люди и железная закалка. Судьба жонглирует «хрупкими» девичьими сердцами. Убить. Умереть. Подавить. В урбанистические джунгли отправляемся вместе с СХТ.


Автор: Алина Якобчук


Дистопия окраин 

                                                         Скучно мне: моё прямое
Дело тараторит вкось —
По нему прошлось другое,
Надсмеялось, сбило ось.
О.Э. Мандельштам

Приехали. Фабула пьесы «Пойдём, нас ждёт машина!» в минувший четверг отгремела. Жернова мелют историю, герои испытывают судьбу, судьба проверяет на прочность. Актёры СХТ с ветерком прокатились по ухабистому сюжету пьесы Юрия Клавдиева, вскользь порассуждали о насущном и собрали свою уникальную хронологическую матрёшку событий.

Эпилог залпом. Финал известен заранее. Начинают в буквальном смысле с конца. Дом Юли — Маша гостит, крыша едет. Цейтнот, чередование дня и ночи, работы и отпуска. Обыденность тяжким грузом ложится на плечи. Решение рождается в споре. Маша жаждет смерти. Юля – расправы. Умереть, оторваться листом от раскидистого древа — «мир посмотреть, себя показать». Убивать, чёрной кошкой дорогу перебегать — «такая красивая смерть».

Променад предстоит. Время взять пробу. Экспериментальную площадку находят незамедлительно. Бездомный старик — первая жертва Юли. Тест-драйв демоверсии амазонки. Жестокость в избытке, даже сверх. Душевные терзания чужды. «Я прошла проверку, а ты нет, Маша». И пока девочки не шутят, резкие повороты «Машины» оставляют пунктир от сюжетной прямой.

Девушки. Квартал на отшибе города. Приключений хватит на всех. Компания оголтелых на горизонте. Дерзость Юли стоит чрезвычайно дорого. Программа «Парни отпустите» не запускается. «А вот она хочет умереть» -бросит «преданная» подруга. Сорвать куш неприятностей, оказавшись в периферийной воронке, героиням удаётся с легкостью. Из воды в этот вечер никто не выйдет сухим. Бойтесь своих желаний. Где человеку нет выхода, агрессия свой непременно найдёт.

Антураж «заброшки», где расположилась компания, жуткий: кровь, грязь, алкоголь, бутылки, битое стекло, засаленные газеты, дешёвые сигареты, дым, копать и слёзы. «Юля пиши стихи», не убей, не укради, и в Африку детям гулять не стоит. «Аллигаторы» рассекли бровь, потрепали, вывернули наизнанку, но жизнь продолжается и «в целом ничего не изменилось» …

Провальная бравада. Блефовать некогда. Игра на выживание. Девушки поменялись ролями. Кибер-Маша обнажает свою природу. Глаза боятся, а руки уже сжимают, что поострее. Повествование обрывается, забирая жизни.  Разбойничий стан поредел. Кульминация заставляет изменится в лице. Драйв и отсутствие статичности держат форму. Леденящая звуковая мантия обволакивает сцену. Теория невероятности для героинь облекает жизнь в жестяной футляр.

Актуальная тема вкупе с интерпретацией СХТ сложились в динамичный современный спектакль. Наглядный пример, нано-притча, сценарий которой так и просится на телеэкран. Форматировать, развивать злободневные темы и развиваться во избежание казусов. Обратиться к эстетике и эволюционировать вновь. Оставить пороки в котловане, надстраивать этажи и покорять вершины собственного сознания. Всё о наболевшем энергично и доступно для зрителя сообщает глоссарий Социально-Художественного театра.


 Kulick.Magazine — журнал про культуру и искусство.