Литературный институт

Как стать лит.рабом или самый неформальный институт страны

Есть в Москве замечательное место, где молодые дарования могут выучиться на профессионального переводчика, драматурга или писателя — Литературный институт имени Максима Горького.


Свободный автор: София Селивёрстова


В центре столицы, за ажурной решеткой под кронами деревьев скрывается двухэтажная усадьба. Днем здесь проводят экскурсии, а к вечеру собирается московская элита – ужинать под звуки живой музыки. Вы спросите, что это за место? Литературный институт имени Максима Горького.
Место само по себе столь многогранное и необычное, что никогда не сможешь предугадать, а что же сейчас происходит в его стенах. Но сегодня речь пойдет не об истории здания, а о том, как вступить в ряды его студентов.

Сразу и без лишних церемоний ВУЗ сообщает своим абитуриентам, что их будущая специальность будет называться «литературный работник». Совсем неправильно понимать это словосочетание как «библиотекарь» или «безработный графоман». Да, в наше время не просто неактуально быть гуманитарием, но и к тому же регулярно приходится встречаться с проблемами поиска работы и ее оплаты. Однако, надо понимать, «литературный работник» — это лишь формальность, чтобы было хоть какое-то название. В действительности, учат в ЛИте основам филологии и лингвистики, а во главе всех дисциплин стоят творческие мастерские. По сути, это как учиться в театральном, только будущие актеры тренируют пластику тела, а вот в литературных мастерских необходимо оттачивать искусство слова.

Литературный институт – место, где можно учиться на переводчика, драматурга, писателя или даже поэта. Ну, не сказка ли? Давайте расспросим подробнее студента и выпускника о том, каково учиться в Литинституте и что потом с этим делать.


Дина, 18 лет. Семинар поэзии


Как получилось так, что ты поступила в Лит? Жалеешь ли о выборе или, наоборот, рада?

Я поступила в Лит случайно, полагаю, это была судьба. Изначально я думала связать жизнь с театром или журналистикой, но выпускная весна у меня была безумная: пока я моталась из своей провинции в театральную Москву и не менее театральный Питер, умудрилась прогулять ЕГЭ по английскому — так направление журналистики для меня закрылось.

Впрочем, и дорога лицедейства меня уже не очень прельщала. Хотелось свободы, иметь дело с искусством, но при этом «себе лишь самому служить и угождать», а на прослушиваниях в театральные вузы сталкиваешься со сплошным «делай, как я скажу». Это меня разочаровало. В ЛИте недаром говорят: «Актёр противоположен поэту: первый абсолютно зависим, второй свободен всегда». В общем, все мои розовые мечты довольно быстро рассеялись, а принимать решение было, конечно, нужно.

Вообще-то я знала о Литературном институте класса с десятого. Знала, но никогда не задумывалась о нём как о своём возможном пристанище. Стихи я сочиняла лет с четырёх. Первое произведение звучало так:

«Едут люди на верблюде,
Он кричит им из окна:
«Так ещё ведь нет темна!»
«Ну и что, что нет темна,
Не кричи нам из окна!»»

Со временем я перешла от темы верблюдов к более высоким, но никогда не придавала этому значения. А в июне я всё-таки отправила в Лит свою подборку стихов, просто так, чтобы хоть самой себе доказать: я делаю всё возможное, чтобы куда-нибудь поступить. Её неожиданно высоко оценили — 98 баллов. И вот я поглядела на это красивое число «98», уведомила о нём маму, и она сказала: «Это же твой шанс! Поезжай!».

Собственно, моё дальнейшее покорение Москвы происходило как-то отдельно от меня. Я написала этюд, погуляла по садику института, посидела в Макдональдсе на Тверской.

На собеседовании мне задали только один вопрос: из какого я города. И зачем-то поставили 90 баллов за ответ на него. В списке поступивших я была на первом месте из всех литературных работников.

Стала бы ты советовать поступить в этот вуз другим?

Это зависит от человека, который у меня спрашивает. ЛИ — прекрасное место для тех, кто способен сам нести ответственность за своё будущее. Если ты считаешь, что после пятого курса заботливые дяденьки и тётеньки должны тебя на ручках принести на твою будущую классную работу — тебе явно не сюда.

Зато здесь тебе дают хорошее образование, очень похожее на то, которое обычно получали дети из аристократических семей позапрошлого века, как мне кажется. Здесь ты можешь найти единомышленников. Здесь необыкновенная атмосфера: всё вокруг историческое! У нас в одной аудитории стоит большой деревянный стол, за которым ещё Булгаков обсуждал свои рукописи с другими литераторами.

Наше здание — это музей поневоле. Во дворике очень красиво, по-домашнему так. Не думаю, что во многих институтах подобное можно найти.

Плохо, конечно, что в Лите главенствует культура пития. Если ты не посещаешь бутылочных посиделок в общежитии, то, скорее всего, не войдёшь в самые весёлые компании своего курса. В Лите не пить — это уже какая-то форма бунта получается. Но, я думаю, не так уж многих эта особенность института расстраивает, как меня. Так что чёрт с ним.

А ещё в Лите хорошие преподаватели, что есть, то есть. Они действительно знающие специалисты, которые увлечены своим делом, и ты чувствуешь, что им интересно с тобой работать. Нагрузки, разумеется, не самые маленькие, но если втягиваешься, то получаешь большое удовольствие от процесса учёбы.


Валерия Макарова, 23 года. Проза, семинар профессора, мастера А.Е. Рекемчука


Как складывается твоя профессиональная жизнь после окончания ЛИ и с какими трудностями пришлось столкнуться?

Ни к чему лукавить, — крово-из-Лита — так я написала недавно в дневнике; это и мироощущение, и процесс, и намёк на первую трудность — всё в одном слове. С мироощущением, думаю, чувственно будет понятно. Про процесс же — всё, начатое в институте, продолжаю и сейчас, разве что пока без киноклуба. За время учёбы накопилось много идей и проектов, которые я не успевала реализовывать — теперь на это есть время. Но вот и трудность: времени много, свободы полные карманы, — и оказалось, что, например, высыпаться быстро надоедает. Тоска по Литинституту — вот что действительно мучило меня в первые месяцы.

Вопрос, возможно, претендовал на каверзность, мол, находит ли писатель применение себе в этом мире? Кажется, я обломала каверзность, потому что у меня всё скучно. Я просто продолжаю заниматься своим делом.

Какие важные уроки ты вынесла, пока училась здесь?

Пожалуй, я подкрепила своё убеждение, что если любишь что-то, то этому нужно отдаваться полностью, не на половину и, уж точно, не на четверть — себя только растрачивать.

Любить место своей учёбы — это значит и быть на субботнике в девять утра, и сносить нападки, непонимающих «а зачем-такой-институт-нашей-стране», и, в случае чего, дать таким в морду. В нашем писательском варианте — можно написать, а не бить, конечно.

Ещё один «урок» — это то, что мы сами, студенты, можем преобразовывать институтскую реальность. Не нравится — измени; формула очень проста. Не понимаю тех, кому больше нравится стоять в сторонке и критиковать. Ан-нет, понимаю, видимо, они просто относятся к институту «на четверть»…

Быть терпимее — вот ещё чему, пожалуй, научили меня годы в Литинституте. У нас же необычайно разные люди учатся.

Стала бы ты советовать поступить в этот вуз другим?

Советовать поступить в Литинститут? (смеётся) — нет, конечно. Потому что человек, который жаждет совета, не совсем уверен, чего он сам хочет. Литинститут — это как откровение: получил его — и всё, не отвертишься. Считай, пропал. Я бы прежде спросила: «А это тебе надо?» Может, посоветовала бы it-технологии или пиар — ну а что, это хотя бы дельный совет, может, человека выручила бы. А то многие соблазняются романтикой Литинститута: обшарпанными стенами и стихами на парах, — а потом всё равно журналистикой занимаются. А почему тогда сразу не на журфак? — это меня до сих пор удивляет.

Какое небольшое напутствие дашь абитуриентам?

Неизвестно ещё, свяжет ли вас жизнь с Литинститутом. Если да — цените время студенчества, правда, такого больше не будет. Даже самые скучные пары будете с нежностью вспоминать. Учитесь и веселитесь с друзьями на полную катушку. Не будет больше такого, я же говорю. Если поступите в другой вуз, то делайте то же самое.

Я когда-то сама училась в этом институте, поэтому в помощь страждущим до писательского ремесла составила небольшую таблицу плюсов и минусов.

Плюсы:

  • Действительно интересные люди и самое крепкое студенчество в сравнении с другими ВУЗами.
  • Полное погружение в творческий процесс и куча возможностей себя реализовывать: от конкурсов, до стажировок в Америке, Бельгии и Корее.
  • Талантливые, веселые и харизматичные преподаватели.
  • Бесплатная столовая, где по вечерам работает ресторан с живой музыкой (а теперь представьте, в каком шикарном интерьере обедают студенты)

Минусы:

  • Без самоорганизации и головы на плечах, можно не только «слететь» на сессии, но и банально спиться. Поэтому в Лит, так же, как и на режиссерский курс во ВГИКе, могут не взять сразу после школы – жизненного опыта маловато и мастера это заметят.
  • Специальность не подразумевает высокооплачиваемой работы и моментального трудоустройства. Как говорится в народе, хороший поэт – голодный поэт.
  • В Литературном институте нет практики, которая существует практически во всех российских университетах.

Kulick.Magazine — журнал про культуру и искусство.