damochki

Спектакль: «Две дамочки в сторону севера»

Анна Попова

19 ноября  в ЦИМ вновь пройдет спектакль «Две дамочки в сторону севера» по пьесе молодого и перспективного французского драматурга Пьера Нота. Мы уже побывали на спектакле и теперь  хотим рассказать вам, чем нас привлекла эта постановка.


История вписывается в матрицу одного из архетипичных сюжетов драматургии: путешествие как поиск себя. Две героини — две сестры, Анетта и Бернадетта — своеобразные Инь и Ян: одна резкая, успешная среди мужчин, ироничная и не принимающая никакую помощь, а другая — романтичная и податливая, неуверенная в себе и страдающая от неудач в личной жизни. Сестры потеряли мать и теперь должны найти давно забытую могилу отца, чтобы похоронить обоих родителей вместе. Это придает обманчиво простой истории почти мистический оттенок, тонко подчеркнутый в постановке ЦИМа видеорядом.

Для киноактрисы Марии Шалаевой участие в «Двух дамочках в сторону севера» стало дебютом на театральной сцене. Она запомнилась зрителю ролью в картине Анны Меликян «Русалка». Шалаева появилась там в образе трогательной и до смешного наивной девушки из провинции, отчаянно влюбившейся в городского «принца» в исполнении Евгения Цыганова.

Её героиня в «Двух дамочках в сторону севера» похожа на повзрослевшую «Русалку»: внешне циничную и эпатажную, но внутри все еще безумно ранимую и жаждущую любви. Слой за слоем своенравная Бернадетта раскрывается перед зрителем, обнаруживая явно непростое прошлое с множеством авантюр и тщательно скрытые переживания из-за смерти матери и многочисленных комплексов старшей сестры Анетты. Мария Шалаева проявила себя как сильная комическая актриса, которая не боится, однако, пользоваться палитрой драматического характера при создании образа героини.

Вторая сестра, Анетта, была исполнена Ольгой Бешулей, актрисой театра Около дома Станиславского и режиссером спектакля «Две дамочки в сторону севера». Анетта — старшая сестра, и на фоне прогрессивной и немного мужеподобной Бернадетты кажется призраком давно канувшего в Лету мира маленьких французских кафе, томных боа, ежедневных походов в театры и тайных вздыханий по очередному возлюбленному. Она пассивна, восторженна и лирична. В ней есть что-то неестественно романтичное и в то же время абсолютно беспомощное.

Несмотря на то, что Анетта — старшая сестра, её надо опекать и направлять, чем успешно занимается решительная Бернадетта. За всю свою жизнь Анетте так и не довелось выйти за пределы заколдованного круга высокой морали и пассивных мечтаний о чуде в виде прекрасного возлюбленного. Она горько сожалеет, что так и «не перешла улицу с высоко поднятой головой, в узком платье, с незнакомым мужчиной», подобно своей сестре, никогда и ничего не боявшейся. Анетта как будто бы заново проходит подростковую инициацию: вместе с Бернадеттой она впервые в жизни пробует пиво, напивается, пытается соблазнить мужчину и освобождается от оков заржавевших принципов по-викториански строгой нравственности. Приключения Анетты и Бернадетты полны неожиданных перипетий и забавных диалогов, прописанных с истинно французским остроумием.

И в этом заслуга, разумеется, автора пьесы Пьера Нота, уроженца французского севера, автора нескольких романов и даже музыкальных композиций. Нот получил множество наград, но одна из самых высших — это титул лучшего драматурга Франции за пьесу «Две дамочки в сторону севера».

В процессе путешествия на север две сестры сближаются и заново узнают друг друга. Север выступает в спектакле как условная точка назначения, абсолютно механически исполняющая свою роль. В оригинальной пьесе сестры гораздо старше — Анетте 60, а Бернадетт 55, — поэтому там путешествие в сторону севера играло роль изящной метафоры жизненного пути по направлению к неизбежной старости и смерти. Мрачный подтекст «северной темы» абсолютно исчез в постановке Ольги Бешули. Зато вместо нее появилась человечная и знакомая всем история об обретении в лице чужого по духу человека семьи.

Пьеса, кажущаяся по началу незамысловатой, на самом деле крайне сложна для постановки. В ней тонко переплетены комическое и трагическое. Пьеса была поставлена обаятельно и предельно камерно, актрисы общались с залом и старались сделать его соучастником истории. В России «женская драматургия» или «женское письмо» звучат как оскорбление. Но в постановке Олеси Бешули столько личного, искреннего и психологически верного , что её спектакль с полной уверенностью и без сарказма можно назвать «женской историей».


Kulick.Magazine — журнал про культуру и искусство.