Выставка Айвазовского

Айвазовский: «генерал живописи»

Иван Константинович Айвазовский — знаменитый на весь мир художник-маринист. Свободный автор Kulick.Magazine, посетив одну из осенних выставок картин, делится своими впечатлениями о ней и рассказывает о жизни русского художника, армянского происхождения.


Свободный автор: Анна Попова


Этой осенью в Москве работают сразу две выставки, посвящённые Ивану Айвазовскому: «академическая» строгая экспозиция в Третьяковской галерее и мультимедийная выставка-спектакль на Артплее. Вряд ли это случайность: во-первых, в этом году у Айвазовского юбилей — 200 лет со дня рождения, а во-вторых, он оказывает гипнотическое действие на зрителей. Сложно остаться равнодушным, когда видишь его картины. В чем же кроется притягательность Айвазовского? Может быть, в том, что оно живое — его море? Мы сходили на выставку на Артплее и делимся впечатлениями о выставке и художнике.

И БЛЕСК, И ТЕНЬ, И ГОВОР ВОЛН

6 тысяч картин, 120 персональных выставок (при жизни), сотни путешествий, раскопки в родной Феодосии, проведение водопровода и железной дороги там же — Айвазовский прожил поистине насыщенную жизнь. Несмотря на звание мариниста и романтика, он не вписывается в трагический образ романтически одинокого творца, отвергнутого всеми и вынужденного творить без надежды на признание. По странной иронии судьбы, мы гораздо лучше знаем о судьбах «неблагополучных» художников, таких, как Лермонтов или Толстой, чем о жизни людей искусства, вполне довольных собой и своим существованием. Возможно, поэтому Айвазовский — человек для нас — незнакомец. Кто же он?

Пришло время развеять несколько иллюзий об Айвазовском. Иллюзия номер один: Айвазовский — великий русский живописец. Никто не отрицает значимости фигуры Айвазовского для русской живописи, однако на самом деле, художника звали Ованнес Айвазян и по происхождению он армянин. Кстати, интересно, что семья Айвазян была очень религиозной: его родной брат, Габриэл, стал в последствии архиепископом Армянской Апостольской церкви. Религиозность странно отразилась в душе Айвазовского: он поклонялся морю точно божеству или возлюбленной.

Иллюзия номер два: Айвазовский всю жизнь писал море и ничего, кроме моря. Отчасти это правда. Художника называют отцом маринистов. Он оказал значительное влияние на Уильяма Тернера, а через него — на импрессионистов, а так же на Куинджи. Самые знаменитые картины Айвазовского имеют морскую тематику — чего стоит один только «Девятый вал» или «Лунная ночь на Босфоре»! В реальности же художник обращался не только к теме моря. Он создал «восточную» серию картин, например, знаменитое полотно «Сцены из каирской жизни». Айвазовский не боялся писать и на религиозную тематику. Его «Сошествие Ноя с горы Арарат» отсылает к армянской культуре, занимавшей одно из основных мест в жизни живописца.

Удивительно, с какой точностью и любовью воспроизвел образ армянина Айвазовского Леонид Гармаш. В трех залах из четырех демонстрируются псевдодокументальные отрывки из «интервью» с Айвазовским о его детстве, юности, первой любви и творчестве. В темноте подчеркнуто пустого пространства перед экраном, на глазах у зрителей Гармаш буквально перевоплощается в Айвазовского. Без всяких сомнений, Станиславский сказал бы: «Верю!».

Видео-часть экспозиции не менее важна, чем мультимедийный зал, где, собственно, демонстрируются полотна Айвазовского. Медленно продвигаясь к картинам и слушая Гармаша, мы совершаем своего рода путешествие во времени и пространстве: мы отрываемся от повседневности и, узнавая Айвазовского как человека, готовимся увидеть его картины свежим взглядом — взглядом хорошего знакомого, способного по достоинству оценить искусство художника.

И ДЫШИТ, И БЛЕЩЕТ ОНО

Несмотря на культурную связь с импрессионистами, Айвазовский никогда не писал с натуры. Во-первых, потому что до импрессионистов большим «серьезным» художникам не было присуще выходить на пленэры. Во-вторых, потому что Айвазовский не нуждался в картинке перед глазами, чтобы воспроизвести ее на холсте. Он обладал невероятно цепкой памятью. Однажды Айвазовский приехал в Биарриц писать море в лучах заката и рассвета. Однако с погодой откровенно не повезло: было пасмурно, дул пронизывающий ветер и дождь никак не хотел униматься. Тогда Айвазовский попросил своего спутника, хорошо знавшего Биарицц, рассказать, где именно встает и садится солнце в этих местах. Получив нужную информацию, Айвазовский сразу же сел за работу и написал две картины. Они были точны, как фотографии. И это не просто красивая метафора.

Создатели мультимедийной выставки-спектакля об Айвазовском на Артплее тонко почувствовали «фотографичность» картин Айвазовского и включили в видеоряд монтажные перебивки картин художника кадрами настоящего моря. Самое удивительное, что море Айвазовского ничуть не уступает настоящему в правдоподобности. Джозеф Тернер сказал однажды, обращаясь к Айвазовскому: «Прости меня, о Великий Художник, когда я ошибся, приняв твою картину за действительность».

Надо сказать, что эту ошибку совершил не он один. Айвазовский два года прожил в Италии — его отправили туда. Он стал настолько популярен среди итальянцев, что после его отъезда местные художники стали массово подделывать его работы и продавать за баснословные деньги. Мы не знаем, насколько искусными были лже-полотна Айвазовского, но одно можем сказать точно: он сводил с ума зрителей реалистичностью и глубиной своих картин. Зачаровывал их как могущественный чародей. Современники называли картины Айвазовского «одой из воздуха, воды и света».

Люди с древних времен видели в море особую магию. Древние греки испытывали благоговение перед морской стихией: Агамемнон, один из персонажей «Илиады» Гомера, вынужден был принести в жертву собственную дочь, чтобы задобрить жестокого и могущественного Посейдона. И в тоже время море ассоциируется со спокойствием и вековой мудростью.

Оно невероятно пластично. Море способно отразить все тончайшие грани человеческих настроений. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на картины Айвазовского. Пожалуй, никто не писал море с такой педантичной внимательностью и точностью. Может быть, нас привлекает в Айвазовском созвучность нашей эпохе? Почему бы не сравнить с морским штормом нашу вечную спешку, дедлайны и не выдерживающие нагрузки нервы?

Как-то раз Айвазовский приехал снимать апартаменты в Петербург. Он нашёл прелестную квартиру, вполне пригодную для студии, и был уже готов внести задаток, как вдруг столкнулся с неожиданным препятствием. Дворник по секрету сообщил ему, что квартиру ему не могут сдать. «Как же так?!» — удивился Айвазовский. Дворник пожал плечами: «Мастеровым хозяйка не сдаёт». Айвазовский поспешил разуверить дворника: «Я не мастеровой, я художник». Дворник махнул рукой: «Один черт. Видели мы маляров-художников. Все стены краской испачкаете». Айвазовский ушёл в крайнем гневе. «Петербург — город домовладельцев. Им нет дела до живописца Айвазовского,» — в сердцах сказал художник. Теперь его картины занимают почетное место в Русском музее и Эрмитаже. О нем идут ожесточенные споры: кто-то страстно любит работы Айвазовского, кто-то на дух не переносит, считая слишком однообразным. Но с уверенностью можно сказать одно: никто не остается равнодушным.


Kulick.Magazine —  журнал про культуру и искусство. «Если море тебя печалит, ты безнадёжен» (с)